 |
 От редакции:Вашему вниманию предлагается интервью с известным американским общественно-политическим деятелем – Ральфом Нейдером (Ralph Nader). Неоднократный кандидат в президенты США от Партии зелёных высказывает своё мнение по поводу мирового экономического кризиса и действий американского руководства, позиций президента Барака Обамы и роли Интернета в политической жизни общества, а также отвечает на другие вопросы редактора отдела США и Канады "Полярной Звезды" – Виктора Олевича.
– Ряд американских и международных экономистов прогнозируют крах доллара в ближайшие несколько лет. Как Вы оцениваете такую возможность?
Ральф Нейдер: Если будет сильная инфляция, то такое развитие событий станет очень вероятным. Основной вопрос – способны ли США контролировать уровень инфляции, не поднимая процентную ставку настолько высоко, что она замедлит экономическое возрождение? Уверен, что Федеральный Резерв и Министерство финансов США об этом сейчас очень волнуются. – Какие меры должны быть приняты американским руководством для стабилизации экономической ситуации? Р.Н.: Необходимо спуститься с небес на землю, приземлить экономику, сделать её более общинной. Иными словами, надо тратить меньше государственных денег и ресурсов на Уолл-стрит и больше на работников и на малые бизнесы, чтобы повысить их потребительские способности. Уолл-стрит в первую очередь занята спекуляциями. Спекуляциями с ценными бумагами, которые не имеют никакого отношения к реальной экономике – это ставки на ставки на ставки. Деятели Уолл-стрит – капиталисты казино, играющие в азартные игры. При этом американское правительство пытается спасти их, в том числе гарантируя ценность финансовых инструментов CitiGroup и AIG. Это не связано с производством предметов первой необходимости или потребностью в их производстве. Это не ведёт ни к подъёму производства, ни к росту сектора обслуживания, ни к удовлетворению финансовых потребностей населения в сфере недвижимости. – Многие поклонники видят в новом президенте США Бараке Обаме своеобразного спасителя. Существует ли на самом деле разница между политикой Обамы и политикой его предшественника? В чём Обама и Буш-младший похожи? Р.Н.: Общее у Буша и Обамы то, что они оба в долгу у Уолл-стрит, которая контролирует триллионы долларов в пенсионных планах рабочих и служащих, взаимных фондах и других накопительных фондах. Никогда нельзя было разрешать им использовать эти ресурсы в спекулятивных целях или для игры на них. Уолл-стрит играет на чужих деньгах, но не на своих. Будь то Буш или Обама, они оба утверждают, что страна находится в заложниках у Уолл-стрит, потому что она контролирует столько триллионов долларов, многие из которых уже пропали во время коллапса за последние шесть месяцев. Например, деньги из пенсионных и взаимных фондов. Так что в этом смысле Буш и Обама оба реагируют на власть Уолл-стрит над Вашингтоном. Однако, в этом нет никакой необходимости, потому что кроме как в Вашингтоне Уолл-стрит искать спасения просто негде. Вашингтон может не оставить Уолл-стрит выбора, однако, происходит наоборот: Уолл-стрит не оставляет Вашингтону выбора. У нас нет политических лидеров, готовых поставить интересы простых людей на первое место и заставить Уолл-стрит приспосабливаться, вместо того, чтобы заставлять людей страдать ради удовлетворения их интересов и нескончаемого потока планов по его спасению. Взгляните на AIG и CityGroup. Ещё, ещё, ещё! Единственное, что они ежедневно производят – это долги. – Нынешний экономический кризис сравнивают с Великой Депрессией, а Барака Обаму с Рузвельтом. Насколько оправданны подобные сравнения? Р.Н.: Я думаю, мы находимся на ранней стадии депрессии. На самом деле, Рузвельт не тратил столько денег, и экономика вновь покатилась вниз в конце 30-х годов, когда он пообещал сбалансировать государственный бюджет. Это спасло экономику, но спасло ценой многих сломанных жизней. Но он хотя бы тратил деньги на реальную экономику – на создание рабочих мест, на общественные работы. Обама кое-что из этого тоже делает, но вы заметите, что из 800 миллиардов долларов, выделенных на стимулирование экономики, многие уйдут на уменьшение налогов, и неизвестно ещё скажется ли это на уровне потребления в обществе. По расчётам, люди потратят не более 50% этих денег. Остальное будет использовано на покрытие долгов или на сбережения. Хорошо, что Обама начал говорить о поддержании государственной инфраструктуры и об использовании солнечной энергии и других актуальных вопросах, но ему всё равно приходится делать вливания в уолл-стритовские казино – что не есть хорошо. Нет оснований полагать, что этим будет что-либо достигнуто, кроме психологического эффекта на Уолл-стрит. А этого недостаточно! Необходимо реформировать Уолл-стрит, которое ныне является полем для криминальной деятельности. Надо забрать пенсионные фонды, взаимные фонды и другие ресурсы из рук биржевиков, потому что они играют с ними как в казино. Уолл-стрит играет с чужими деньгами, игнорирует свои попечительские обязательства и обогащает боссов финансовых компаний. Делается это даже наперекор интересам их собственных компаний, тех же CityGroup, Bank of America, Bear Stearns, AIG и Lehman Brothers. Ради собственного обогащения они завышали цену акций своих компаний, занимались финансовыми операциями с чрезмерной степенью риска и манипулировали долгами в своих расчётах таким образом, чтобы их опционы росли в цене, а их бонусы увеличивались в размере. В процессе этого они разрушали либо наносили серьёзный вред своим компаниям, прежде чем спуститься с тонущего корабля на "золотом парашюте". Вот насколько всё плохо. Они даже не заботились о своих компаниях, не то, что о чужих пенсионных сбережениях и взаимных фондах. – Банковская отрасль – одна из наиболее пострадавших в ходе нынешнего кризиса. Какие реформы нужны в этой сфере? Р.Н.: В Америке уделяется недостаточно внимания стабильным банковским структурам. Прежде всего, я говорю о небольших районных банках и кредитных союзах. В США 85 миллионов человек состоят в кредитных союзах. В стране их насчитывается около 8 тысяч и они на самом деле являются потребительскими кооперативами, которыми владеют сами вкладчики. Их общие активы немного недотягивают до триллиона долларов. Сравним с CityGroup, активы которой 8 месяцев назад составляли 1.1 триллионов долларов. Сегодня, активы кредитных союзов стабильны, а CityGroup обанкротился. В этом разница между кооперативной банковской моделью (кредитными союзами) и моделью коммерческих инвестиционных банков, как хорошо проиллюстрировали события с CityGroup. Поразительно, как мало внимания уделяется кредитным союзам, причинам стабильности этой модели и почему не один кредитный союз ещё не обанкротился. Единственное пятно на кредитных союзах – это то, что оптовые кредитные союзы, которые призваны обеспечивать ликвидность и не являются потребительскими кооперативами, делали инвестиции наподобие CityGroup и AIG. Так что они получат некоторую помощь от федерального правительства, но только потому, что они отошли от первоначальной модели потребительской кооперации и попытались стать более похожими на коммерческие банки. Таких оптовых кредитных союзов всего 28. А 8000 розничных кредитных союзов твёрдо стоят на ногах и дают ссуды на покупку автомобилей, домов, для семейных нужд и на обеспечение деятельности малого бизнеса. – Способен ли Интернет изменить политический мир? В какой мере Интернет-революция затронула социо-политическую сферу? Р.Н.: На данный момент Интернет превосходен в качестве источника информации и этот источник – бесплатный. Однако, он оказался неспособным мотивировать людей на прямые действия, кроме рассылки писем через электронную почту. Он не доказал, что способен вывести людей на крупные марши и шествия или приблизить людей к жизни своей общины, своего района. Электронная почта, которая массово поступает американским законодателям от избирателей, теряет в значимости. Сейчас более эффективно послать обычное письмо или позвонить в Конгресс, чтобы быть услышанным, чем слать электронную корреспонденцию. Электронных писем так много, что их уже не воспринимают всерьёз. Когда Интернет только зарождался, некоторые предсказывали, что это приведёт к созданию потребительских групп, которые смогут определить наиболее выгодные и качественные предложения при покупке автомобилей и других товаров, а также в сфере банковских услуг. Однако, этого не произошло. Потом говорили, что Интернет приведёт к созданию новых партий, к усилению третьих партий. Но не произошло и этого. Утверждали, что Интернет сделает политиков более ответственными, так как люди больше не будут вынуждены полагаться в поисках информации на короткие новостные репортажи основных телестанций (ABC, CBS, NBC). Это тоже не сработало. Более того, 90% сенаторов и конгрессменов даже не размещают сведения о том – как они голосовали по тому или иному законодательному акту на своих официальных интернет-страничках. При том, что это, наверное, главное – что избиратели желают на них видеть. Интернет – виртуальная реальность, и на данный момент, он не смог оказать существенный эффект на «реальную реальность» в демократических обществах. – Администрация Буша-младшего имела репутацию слишком произраильской в своём подходе к разрешению конфликта на Ближнем Востоке. Считаете ли Вы, что позиция администрации Обамы будет более сбалансированной? Р.Н.: Пока это ещё не видно, но трудно представить, что Обама отнесётся с таким же почтением к военным мерам израильтян против палестинского народа, как Буш и Чейни. Я говорю так по трём причинам. Во-первых, поведение израильтян в ходе последней кампании в Газе было возмутительным – они убили сотни детей, невинных мужчин и женщин, оставили тысячи покалеченных, разрушили общество. Это заставит администрацию Обамы призадуматься. Во-вторых, новый госсекретарь США Хиллари Клинтон начала с того, что сказала о своей озабоченности страданиями палестинских детей в Газе. Израильтянам трудно будет воспротивиться этому. В третьих, бывший сенатор Джордж Митчелл более влиятелен, чем все посланники, которых Буш отправлял на Ближний Восток. С другой стороны, израильское правительство будет более непримиримым, чем раньше, так как оно будет под контролем правых партий, - чего не было при Буше. Так что вопрос в том, кто сильнее – администрация Обамы или контролируемый Израилем американский Конгресс. Сколько бы Израиль не совершал военных преступлений против палестинцев, сколько бы не оккупировал, устраивал блокады, брал в осаду, разрушал, сколько бы не нарушал американское законодательство, запрещающее использовать приобретённые в США вооружения в наступательных целях, что бы Израиль не сделал – 400 из 435 конгрессменов немедленно голосуют за резолюцию в поддержку действий израильтян. В сенате они получают более 90% голосов. Пока израильское правительство контролирует Конгресс США – Белый дом ничего не сможет сделать. Когда премьер-министр Израиля встречается с президентом США, он приходит с американским Конгрессом в своём кармане, и все президенты об этом знают. Чтобы преодолеть это администрации нужна экстраординарная настойчивость и храбрость, и я не думаю, что Обама способен на это, особенно во время экономического кризиса. – Сможет ли администрация Обамы нормализовать отношения с Тегераном? Р.Н.: Это более вероятно. Если Израиль не ударит первым по иранским ядерным объектам. В чём на самом деле состоит конфликт с Ираном? С Ираном нет территориальных конфликтов, Иран ни на кого не нападал за последние 250 лет, он был нашим союзником против Талибана в Афганистане. Иран очень напуган – он окружён агрессивными вооруженными силами. Израиль имеет 250 ядерных бомб и боеголовок. Он имеет четвёртую по силе в мире армию. США окружили Иран с Запада и с Востока. США включили Иран в Ось Зла вместе с Ираком и Северной Кореей, а затем напали на Ирак. Иранцы боятся подобного нападения. Они находятся под постоянным наблюдением военных спутников, в Иран засылаются шпионы, в него входят и выходят группы американского спецназа. И кто-то удивляется, что они напуганы? Единственное как они считают, что могут обезопасить себя – развивать свою ядерную программу и придерживаться двусмысленности насчёт своих возможностей создать одну-две примитивные ядерные бомбы. По примеру КНДР, ядерная программа которой остановила Буша и заставила его сесть за стол переговоров при содействии китайцев. Таким образом, действия Ирана можно понять. Поддержку Ираном Хезболлы тоже можно понять. Если бы на северной и южной границе США стояли мощные армии наших противников, мы бы делали ещё больше, чем Иран, чтобы обеспечить свою безопасность. Так что есть все основания предполагать, что дипломатическое решение в отношениях с Ираном будет найдено, если администрация Обамы не применит агрессивный подход своего предшественника. – Каким Вам видится будущее Китая и его экономической системы? Р.Н.: Я изучал Китай в университете, занимался дальневосточными исследованиями. Китайцы когда-то называли своё государство "срединным царством". Они считали, что весь остальной мир вращается вокруг них, что другие им уступают. Много веков назад они были гордой, развитой нацией. А теперь они всё больше копируют у себя западные модели экономической деятельности, западные технологии. Вместо того, чтобы применять собственные инновации, вместо того, чтобы следовать собственным ритмам истории. Сегодня мы наблюдаем в Китае загрязняющие окружающую среду заводы и фабрики, отравленную воду, разрушение системы здравоохранения, нищету в деревне, и экономическую систему, базирующуюся на экспорте. Это делает страну очень зависимой от мировых тенденций. Так, только в прошлом году 20 миллионов китайцев лишились рабочих мест. Это создаёт нестабильную ситуацию. Китай превратился из срединного царства в королевство, копирующее всё западное. Я думаю, это не в интересах китайского народа. Они должны приложить намного больше усилий для развития своего отечественного потребительского рынка и распределения прибыли от экономического роста в сельские районы, где живут 800 миллионов китайцев. Китай сейчас пересматривает свою экономическую стратегию и пытается сделать её менее зависимой от экспорта. КНР имеет такой торговый дисбаланс с Соединёнными Штатами, что Пекин вынужден покупать американские ценные бумаги, становясь одним из основных кредиторов Америки, усиливая при этом свою зависимость от неё. – Почему Вам не удалось завоевать больше голосов избирателей в ходе президентской кампании 2008 года? Собираетесь ли Вы выставлять свою кандидатуру в президенты в 2012 году? Р.Н.: По поводу 2012 года ещё слишком рано говорить. В США доминируют две партии. Миллионы детей в американской школе учат, что существует только два выбора – либо республиканец, либо демократ. Так как обе партии получают деньги от одних и тех же корпораций, между ними куда больше общего, чем тех различий, из-за которых они всё ещё способны бороться друг с другом. Комиссия по дебатам в США – это корпорация, созданная демократами и республиканцами в 1988 году. Они её контролируют и решают – кому разрешить участвовать в дебатах с их кандидатами. Они решили, что кроме Росса Перо никто не будет участвовать в дебатах с республиканцами и демократами. Пока основные американские телестанции транслируют для десятков миллионов зрителей дебаты между республиканцами и демократами без участия кандидатов других партий, кандидаты от третьих партий оказываются выключенными из процесса. Если только они не миллиардеры, кандидаты третьих партий не могут получить доступ к десяткам миллионов американцев, даже если они, как я, ведут президентскую кампанию во всех 50 штатах. В Америке одна из наименее демократических систем во всём западном мире. Поэтому я называю её – двухпартийной диктатурой.
Перевод с английского – Виктор Олевич
|
