геополитика
  политика
  экономика
  военная тропа
  антропосфера
  культура
  гнозис



регистрация
форум
О проекте Архив Досье Опросы Ссылки English PDA-версия
 

Новости  RSS
Статьи  RSS
 
 
СТАТЬИ / экономика

Наука в СССР и в России    Версия для печати

Экономический анализ


Имейте в виду, что теперь широкие массы, стряхнув с себя старую власть, взяли свою жизнь в собственные руки, они являются вершителями жизни, в которой и вам, представителям науки, принадлежит место. Но место это и вообще возможность работать будет зависеть от того, насколько значение науки будет понято массами, насколько они смогут на него посмотреть не как на праздничное времяпровождение, а как на тяжелый, необходимый и производительный труд. …Естественно поэтому в первую голову внимание государства будет обращено на те науки, которые помогают нам выявлять и применять наши естественные богатства, нужные разоренной войнами стране, т.е. науки математические, естественные и экономические.

Владимир Ленин [1], 1921



Изначально я планировал лишь перевести в электронный вид и разместить в Сети ряд материалов, описывающих положение советской науки, однако в процессе их анализа я решил, что тема нуждается в более полном изучении, ведь она во многом связана с рядом проблем современной экономики России. Понимаю, что статья в итоге получается специализированной, но надеюсь читатель оценит важность темы и простит меня за обилие цифр и таблиц, без которых разговор теряет смысл и предметность.

Прежде всего, хотелось бы сказать несколько слов, о той науке, которую мы потеряли. Наука СССР была одной из самых передовых в мире, прежде всего в сфере естественнонаучных дисциплин. Математика, физика, биология, химия и множество других разделов науки позволило вывести Россию в течение XX века с позиций второстепенной полуфеодальной страны в ряд передовых промышленных государств. Ведь Cоветский Cоюз был вынужден во многом создавать национальную науку с нуля (в стране, где 80% населения не знало грамоты, для развития полноценной науки просто не было кадров).

До революции в России было всего 300 научных организаций, включая комитеты и комиссии, к середине 1920-х большевики открыли еще 70. К 1970-му году в стране насчитывалось 856 одних только вузов [2]. Резко возросло и число инженерных кадров: в 1928 г. в стране была 61 тысяча инженеров, в 1941 г. – почти 290 тысяч [3].

Повторюсь, науку создали практически с нуля, что не помешало добиться долговременного приоритета во множестве отраслей: космические исследования (начало которым во многом положила деятельность Королева), квантовая теория фотоэффекта (работы Тамма и Шубина), физика плазм (Ландау, Капица). Из более позднего периода напомню хотя бы работы по сверхпроводимости (Алферов, Гинзбург, Абрикосов), которые дали мировой науке достаточно значительный толчок.

Учитывая, что у некоторых наших соотечественников слово «советское» является синонимом слова «плохое», приведем независимые данные, характеризующие место советской науки в мире.

Общепринятым критерием в науковедении является число научных публикаций, т.е. опубликованных результатов исследований, вышедших за тот или иной период в стране. Их количественный учет уже много лет ведет Институт научной информации (США). Рассмотрим число публикаций (тысяч штук) по естественнонаучной тематике за период с 1981 по 1985 год, за конец советской эры [4].

Страна Число
публикаций
США 774,7
Великобритания 184,8
Германия (ФРГ) 170,7
СССР 164,2
Япония 148
Канада 94,5

Как мы видим, СССР находится на вполне достойном четвертом месте, опережая по числу публикаций все европейские страны, кроме Великобритании и ФРГ, да и от тех отставал не на много. Более того в самом начале 1980-х порядок стран-лидеров был иной: США, СССР, Великобритания, Япония, ФРГ, Канада [6], англичане и немцы смогли вырваться вперед лишь в период реформ, дезорганизовавших науку в СССР.

Но для полного понимания уровня советской науки желательно учесть не только количественные ее характеристики, но и качество работы российских ученых. Оценим научный уровень через два типа данных. Первый сравнительное исследование уровня техники. Так британский исследователь Р. Дэвис провел сравнение технологического прогресса в СССР и наиболее развитых странах мира (США, ФРГ, Англии, Япония). Для каждый из двух пятилеток 1956-1960 и 1961-1965 он провел ряд сравнений уровня производственной техники.

Первый раз он провел 15 сравнений и установил, что СССР опережал прочие исследуемые государства по темпам роста 6 параметров, отставал тоже по 6, был на одном уровне по 3. В 1966 было проведено 23 сравнения, согласно этим оценкам СССР опережал эти же страны по 11, отставал по 8, по 4 был на том же уровне [7].

Второй вид сведений о советской науке – экспертные оценки, или просто-напросто воспоминания тех, кто знал и изучал советскую науку. Приведу два свидетельства.

Первое Джона Меддокса (интервью 1988 года), американского ученого, редактора научного журнала Nature: «Советские исследователи заслужили большое уважение со стороны своих советских коллег. Советское научное сообщество изобилует талантливыми людьми, которые творчески работают над важными проблемами»[8].

Второе Александр Мигдала советского физика-теоретика, уехавшего из разваливающегося СССР в США в конце 1980-х годов: «Когда я приехал сюда (в США, - источник), моя производительность возросла. Но я знаю, что большинство идей, которые я развиваю здесь, родились там, в «продовольственных очередях». Все, что нам, теоретикам, необходимо, - это авторучка и немного бумаги плюс возможность обсудить свои идеи с коллегами. Все это мы имели в институте Ландау: воистину лучшего места для работы, чем наш институт в начале 70-х, я никогда не встречал» [9]. (Замечу, что лично Мигдал обходился не только не столько карандашом, он возглавлял лабораторию компьютерной физики при АН СССР).

В чем секрет успеха советской науки? Попытаюсь выделить ее основные достоинства:

  • престиж науки;
  • общий высокий уровень образования, выпуск большого количества грамотных специалистов. В 1970 году в СССР например, насчитывалось 927,7 тысяч научных работников [10].
  • сравнительно хорошее материальное обеспечение (особенно по сравнению с сегодняшним днем).
  • открытость науки. В больших, по сравнению в Западом, научных коллективах существовал достаточно успешный и свободный обмен мнения по открытиям и разработкам [11]. Это позволило избежать субъективных ошибок ученых, сокращало простор для всякого рода нечестной игры.

Как вспоминает З. Коробкина: «Работая с 1955 по 1973 г. в Узбекистане (после окончания Московского института народного хозяйства им. Г. В. Плеханова), я имела полное представление о том, что делается в интересующей меня области науки во всех 15 республиках. Благодаря всесоюзным конференциям всех коллег знала в лицо. Научные контакты еще укрепились с моим переездом на Украину. С распадом СССР они полностью разрушены» [12].

С точки зрения даже современного российского ученого это вещь достаточно тривиальная. Между тем Запад был жестко отгорожен от той же советской науки. Здесь сказывались: и идеологическая политика, и традиционный снобизм (вспомним, хотя бы отказ признавать исторический приоритет периодического закона Менделеева), и языковой барьер (советские ученые достаточно редко публиковались на Западе, а переводы русских статей на английский обычно были очень низкого качества).

В результате возникали достаточно дикие коллизии. Как сообщает современный историк науки: «…многие опубликованные на русском языке результаты повторно "переоткрывались" за рубежом без ссылок на предметные русские публикации, причем большей частью не по злому умыслу, а по незнанию» [13].

Подтверждаю полностью, во всяком случае, применительно к математике: огромный корпус опубликованных несекретных научных работ просто неизвестен на Западе, хотя решаемые в них задачи были и остаются очень актуальными для ряда областей. Он начал приоткрываться западным специалистам лишь в 1990-е, после падения "железного занавеса".

Разумеется я не утверждаю, что советская наука была лишена недостатков: были и избыток кадров, и случаи коррупции, и проблемы с внедрением изобретений на производстве, и низкие темпы развития. Беда в том, что эти недостатки, встречающиеся во всем мире, не только не исчезли со сменой режима, но даже усугубились.

Для тех, кто верит в благоприятное влияние реформ на науку, привожу статистику естественнонаучных публикаций за период с 1988 по 1993 годы [14].

1988 1989 1990 1991 1992 1993
США 231544 203106 226023 25050 241146 252660
Япония 43172 40914 44048 44522 50066 51060
Великобритания 47172 43823 44962 44948 48747 50146
ФРГ 36521 33879 34960 40383 44512 44173
Франция 31839 28372 29293 30111 34158 35612
СССР 34246 34223 34081 32839 34842 22328

Как мы видим в результате перемен в стране рост числа публикаций в начале прекратился, а потом перешел в спад, в результате чего мы скатились с четвертого на пятое место в мире, при чем число публикаций уменьшилось примерно на треть.

Этот кризис имел чисто материальные причины. Социологическое исследование «Жизнь московских ученых», проведенное в 1992 году показало, что 32,1% оценивает свое положение как катастрофическое, 47,7% – как тяжелое, 78,2% опрошенных заявили, что им постоянно не хватает денег на повседневные покупки, включая приобретения продуктов. При всероссийском опросе 4,9% ученых и технических специалистов заявило, что им периодически приходится голодать [15]. В таких условиях не до работы.

В результате за период 1990-1993 году численность занятых в науке сократилась на 27% (на 24% в академической, на 30,4% в отраслевой). Кто-то сменил профессию, кто-то – страну. Уехал в США в частности академик А. Абрикосов (который за свои советские разработки получил Нобелевскую премию в 2003 году), директор Института высоких давлений. В одном из интервью данном за океаном он заявил, что «качественная еда очень способствует здоровью, работе и хорошему настроению» и посоветовал вывезти всех квалифицированных ученных из России, «а на остальных махнуть рукой» [16], потому что российской науке-де уже ничем не помочь. Комментарии излишни.

Все бы ничего, если бы это влияло только на престиж страны, но спад науки приводил и к спаду в производстве, хотя бы качественному. Доля российских предприятий, выпускающих продукцию на основе новых технологий, сократилась с 60% в 1989 до 17,3% в 1993. К концу 1990-х их доля составила 6-7% от общего числа, и это в эпоху расцвета новых технологий [17].

А кому нужна морально устаревшая продукция? Часть можно продать на внутреннем рынке, хотя бы потому, что привозная продукция значительно дороже, но на международным рынке промышленность за спиной которой не стоит мощный научно-технический комплекс – неконкурентоспособна и обречена на прозябание, как и страна, живущая с технологиями вчерашнего дня.

Рассмотрим две противоположные друг другу по технологическому уровню статьи экспорта: топливо (нефть, газ и т.п.) и средства производства. СССР не существовал за счет экспорта оборудования (большую его часть составляла конечная продукция), но и не был настоящим «сырьевым придатком». Вплоть до 1985 года сырье и энергия не превалировали к экспорте страны, в то время как экспорт оборудования оставался значащей составляющей торгового баланса [18], [19], [20].

1970 1980 1990 2005
Машины и оборудование, % 21,5 15,8 17,6 5,6
Топливо и энергия 15,6 46,9 45,4 64,6

Как мы видим за постсоветский период ситуация очень сильно деградировала, но в советском союзе она оставалась достаточно приличной. Во многом эта ситуация сохранялась, благодаря усилиям советской науки. Не только и не столько фундаментальной (результаты ее работы сказываются через десятилетия), сколько отраслевой, на долю которой приходилось 90% всех изобретений [21].

Сейчас существуют работы, которые оценивают вклад научных открытий, изменивших технологии производство в национальный доход СССР. Возьму например данные за 4 пятилетки 1956-1975 [22].

Период Доля, %
1956-1960 54,2
1961-1965 28,6
1966-1970 31,5
1971-1975 35,8
Среднее 37,5

Данный показатель позволяет проследить изменения в экономической эффективности советской науки, но мало пригоден для международных сопоставлений, в зарубежной литературе аналогичных данных я не нашел. В качестве сравнения эффективности вложений в СССР и США можно предложить их влияние на производительность труда.

Берем два исследования опубликованные в 1980 году. Советское констатирует изменение производительности труда на 0,43% в результате увеличения вложений в научные разработки на 1% [23], американское зафиксировало рост производительности в 0,06-0,1% [24]. Сравнительно низкая эффективность американских вложений, по мнению исследователя носила временный характер, но временно или нет, но незадолго до краха Советский Союз опередил США.

Почему же в современной России прекратился рост технологий? Нельзя сказать, что это следствие исключительно упадка науки: российские ученые пострадали от катаклизмов в меньшей мере, чем их коллеги с Кавказа и из стран Средней Азии. Россия сохранила на 1993 год 90% публикаций от уровня 1990 года (22,3 тысячи), Казахстан – 72%, Азербайджан – 68%, Грузия – 55%. В целом по бывшему СССР, число публикаций сократилось до 80% [25] от уровня 1990.

Благодаря отсутствию в тот период гражданской или внешней войны, больших производственных мощностях и резервах Россия в максимальной мере сохранила потенциал своей науки. Сейчас годовая численность публикаций в России, фиксируемых SCI, около 23 тысяч, страны дальнего зарубежья пережили за 1990-е годы резкий рост этого показателя как следствие развития информационных технологий, но мы хотя бы сохранили советские позиции [26]. Большинство современных ученых, работающих в области прикладных естественнонаучных разработок, могут позволить себе вполне достойный уровень жизни, в области фундаментальных наук все несколько сложнее, там затраты росли значительно медленнее, но и там определенные улучшения налицо.

Почему же инновационная активность, внедрение новых подходов и технологий в производство стала столь низка (6,2% вместо советских 60%)?

Проблема в том, что кроме открытия необходимо внедрение. Мало придумать и создать опытный образец, нужно еще запустить его производство. Но из-за перестроек и переделок в экономике этот процесс встал. В 1970-е годы еще шутили, что предприятия больше заинтересованы в повышении производственных затрат (это позволяло манипулировать отчетностью), чем в большей эффективности производства, но внедрение нового оборудования все же происходило. В годы же горбачёвской перестройки, с наступлением "демократии" и хозрасчета, на совершенствовании технологий поставили крест. По свидетельству бывшего Президента Академии наук Марчука «раньше эффективные разработки худо-бедно можно было пробить в жизнь с помощью планов по технике», а в годы перестройки пропала «заинтересованность предприятий в новшествах» и их внедрении [27].

Рынок, вопреки ожиданиям многих идеалистов, этой проблемы не решил. На бумаге все очень красиво: из-за конкуренции предприятия наперегонки спешат внедрять новшество в производство. На деле в 1990-е годы у большинства были просто другие заботы, все переключились либо на реализацию фондов для того, чтобы начать все сначала, либо избрали стратегию «пассивного выживания», затянули пояса стремились избегать всяких затратных перемен до лучших времен.

У этого положения несколько причин. Первая из них, отход нового поколения «капиталистических менеджеров» от процесса производства. В начале 1990-х под влиянием всеобщего краха все фактически отказались от улучшений связанных с затратами, сосредоточившись на работе с финансами, рекламой, управленческой структурой. Сами менеджеры это называли переходом «от управления заводом к управлению компанией». Любые затруднения стремились разрешать не совершенствованием производства, а за счет рекламы или стимулирования персонала, не понимая, что человеческий ресурс без техники очень ограничен. Большинство предприятий действовало по принципу «если производство не справляется со спросом, необязательно строить новый цех или отказываться от заказов, можно разместить производство на другом предприятии» [28]. А что будет со старым – неважно.

Никто не хотел заниматься скучным производственным процессом. Доходило до курьезов: например, на некоторых петербургских заводах за ненадобностью упразднили должность главного инженера [29]. В этих условиях новые технологии внедрялись сравнительно редко, «точечным» образом и мало помогали развитию предприятия, что только укрепляло менеджмент на курсе «удаления от производства». В итоге эта область оказалась просто потерянной для многих предприятий. К началу 2000-х многие управленцы уже слабо представляли, что и как конкретно делается у них в цехах.

Курс, который в 1990-е еще можно было оправдать нехваткой собственных средств, пассивностью власти, политической и экономической нестабильностью, сегодня серьезно тяготит российскую экономику, но никак не желает исчезать. Несмотря на значительный рост расходов на науку, доля наукоемкой продукции в общем производстве России в 2003 году составляла лишь 0,3% (в США – 40%, в Японии – 30%, в Германии – 16% [30]), радикально прорыва вперед не происходит, хотя расходы на науку растут.

Судя по современной статистике [31], можно предположить, что новые разработки просто не находят применения в деятельности предприятий. Им итак приходится бежать со всех ног, чтобы только не отстать от мирового уровня, на развитие принципиально новых идей не остается ни сил, ни средств. Возьмем для примера металлургию, вплоть до конца XX века ее основу составляли мартеновские печи (те самые, у которых «не смыкала наша Родина очей»). К концу 1980-х – началу 1990-х в японской и американской (за счет японских инвестиций) этот устаревший комплекс заменили на новые технологии [32]. В России этот комплекс не вполне заменен до сих пор за 8 лет его доля в общей выплавке сократилась с 36% до 20% [33], [34]. При этом по производительности труда и экономности производства мы по-прежнему отстаем от всех мировых конкурентов кроме Украины.

Дело в том, что для обгона, а не просто латания дыр, которые мы упустили в эпоху перехода к рынку, просто нет времени и средств. По данным на 2001 год доля устаревшего основного капитала составляла 50-80% от общей массы [35]. Без его замены производства не просто становится неконкурентоспособным, но и рискует развалиться. Расходы на обновление основных фондов влияют на стоимость продукции, что опять-таки снижает ее конкурентоспособность по сравнению с иностранными образцами. Единственный способ переломить ситуацию – перехватить инициативу, думать на опережение и улучшать производство на основе разработок отечественной науки, чтобы не латать дыры с неизбежным отставанием в несколько лет, а самим задавать технологическую моду.

Минусы этого пути в том, что он связан с большими затратами и большим риском. Одно дело идти за ледоколом мировой техники и внедрять проверенные образцы после других стран, когда уже ясно что и как менять, и главное эффективно ли нововведение. Если же, двигаясь впереди, мы сделаем ошибку, то положение предприятия, пошедшего на риск, только усугубится. Но если нововведение окажется удачным у предприятия или отрасли появляется шанс уйти в технологический отрыв.

Подчеркну, речь не об аккумулировании дополнительных вложений в науку, они нужны для достижения мировых количественных показателей, но эта второстепенная, хоть и важная задача. Наука выжила и уже сейчас может предложить промышленности много проектов, опережающих технологии зарубежных коллег.

Но чтобы реализовать любую инновацию в отечественной промышленности, нужны деньги для создания и специалисты для установки и отладки новшества. Первое, в конечном счете, может исходить только от государства, любо в форме игр со ставкой рефинансирования, либо в виде непосредственных инвестиций в отрасль. Деньги есть. Средства которые в настоящий момент находятся в стабилизационном фонде могут полностью покрыть все необходимые улучшение в нескольких секторах экономики на несколько лет вперед без использования инвестиций из других источников.

Да ввод в экономику значительной части резервов составляют определенный риск и для государства, есть опасность, что желаемый эффект не будет достигнут в желаемые сроки. Потребует и должное обеспечение специалистами от инженеров до рабочих, контроль над финансовыми потоками страны, чтобы избежать нежелательных последствий от резких движений больших масс капитала.

Неуверен, что эти меры нужно обязательно осуществлять в области металлургии или информационных технологий. Например, я совершенно не разделяю предубеждений против нефтегазового сектора, специализация экономики, в общем-то, нормальная вещь, одни ловят рыбу, другие делают пробки, третьи добывают нефть. Все продукты нужны миру, а в попытке охватить все и сразу есть что-то от болезненной жадности и обжорства, которое до добра не доводит. Необходимо выделить несколько отраслей наиболее перспективных с точки зрения спроса на мировом рынке, обладающих достаточным кадровым потенциалом для внедрения технологических новшеств.

Инновации в нефтедобыче могут дать огромный финансовый эффект. В свое время американцы путем усовершенствования технологии разведки о добычи нефти смогли за 20 лет второе сократить себестоимость создания новых скважин в три раза [36]. Такое достижение в условиях современного рынка произвело бы эффект разорвавшейся бомбы, и страна достигшая подобных успехов могла бы очень многого добиться не только в сфере финансов, но и геополитики.

Впрочем, вариантов много, но каждый из них требует определенного политического решения. Я не любитель параноидальных теорий и прекрасно осознаю, что власти и национальная элита заинтересована в экономическом развитии страны не меньше нас с вами. Беда в том, что любое решение связано с переменами, периодом реконструкции и потенциальными рисками.

Человеку только что выброшенному бурным морем на незнакомый берег страшно двинуться с места дальше в неизвестность, но и ждать на одном месте до бесконечности нельзя, нужно двигаться вперед. Без этого нет и не может быть настоящего развития, настоящей жизни.



1 Цитируется С. Ольденбург Ленин и наука // Научный работник, №1, 1926. С. 6. | в текст
2 Большая Советская Энциклопедия. М., 1977. Т. 24-II, с. 284, 286. | в текст
3 О. Симоненко Введение к курсу истории технических наук // История технических наук. Методологические материалы для подготовки к кандидатскому экзамену по истории и философии науки. М., 2003. С. 59. | в текст
4 База данных NSI. Приводится по: И. Маршакова-Шайкевич Вклад России в развитие науки: библиометрический анализ. М., 1995., С. 81-82 | в текст
5 Крайне высокий показатель числа публикаций в США объясняется во многом большей полнотой их учета, значительная часть публикаций других стран находилась вне поля зрения базы данных. Однако предложенный источник является лучшим из доступных на сегодняшний день.Подробнее см. С. Кара-Мурза Цитирование в науке и подходы к оценке научного вклада // Вестник Академии Наук СССР, N 5, 1981. С.68-75. | в текст
6 И. Маршакова-Шайкевич Вклад России в развитие науки. С. 23. | в текст
7 Industrial Innivation in Soviet Economy. Ed. Amann Cooper. London, 1982. P. 52. | в текст
8 Цит. З. Корбкина Наука, которую мы можем потерять: размышления о судьбах ученых в современной России. М., 2003. С. 95. | в текст
9 Правда, 17 декабря 1993. | в текст
10 См. И. Иоффе Мир и мы. Цифры и факты. М., 1985. | в текст
11 И. Ландау Воспоминания о советской фундаментальной науке. | в текст
12 З. Корбкина Наука, которую мы можем потерять. С. 13. | в текст
13 А. Цукерман Интеграция российских ученых в мировую науку: их адаптация к условиям работы в США (1990-е годы) // ИИЕТ РАН. Годичная научная конференция 1998. М.: ИИЕТ РАН, 1999. С. 259. | в текст
14 И. Маршакова-Шайкевич Вклад России в развитие науки., с. 41-42. Данные за 1992-1993 приводятся для суммы республик бывшего СССР. | в текст
15 З. Корбкина Наука, которую мы можем потерять. С. 9. | в текст
16 Известия, 5 мая 1993. | в текст
17 Наука и технологии в России: прогноз до 2010 г. М.: ЦИСН, 2000. Ряд исследователей считает, что официальная статистика занижена, и к 1999-му доля инновационно активных предприятий составила 35%. S. Lomonosova Statistical Reflection of the innovation activity of industrial enterprises. Впрочем, по моим личным наблюдениям первая оценка представляется вполне достоверной. | в текст
18 Е. Гайдар Долгое время. Россия в мире: очерки экономической истории. М., 2005. С. 337. | в текст
19 Российский статистический ежегодник. М., 1995. | в текст
20 Росстат. Официальный сайт. | в текст
21 Ю. Конов Ускорение использования изобретений. М., 1989. С. 4. | в текст
22 Г. Ханин Экономическая история России в новейшее время. Т. 2. Цитирую по электронной копии, которую на момент написания статьи в открытом доступе обнаружить не удалось. | в текст
23 V. Pokrovsky Some problems of measuring the impact of R&D upon the efficiency of social production // Scientometrics. Volume 2, Number 2, March, 1980 | в текст
24 R&D and productivity growth. Washington DC: Congressional budget office, 2005. P. 22. В тезисах оригинальной публикации речь идет о 0,1-0,2% росте, однако я не имею доступа к полному тексту исследования и не могу судить, чем вызваны разночтения. I. Nadiri Sectoral Productivity Slowdown // American Economic Review, Number 70(2), May 1980. P. 349-352. | в текст
25 И. Маршакова-Шайкевич Вклад России в развитие науки. С. 28-29. | в текст
26 М. Алфимов, А. Либкинд, И. Либкинд, В. Минин Информационные потоки РФФИ: новый подход к цитированию // Вестник РФФИ, N 3, 2001. Впрочем, за точность этой цифры я поручиться не могу, она из года в год повторяется в исследованиях соответствующей направленности без изменений.| в текст
27 Цит. З. Корбкина Наука, которую мы можем потерять. С. 99. | в текст
28 Менеджмент роста. 2001 год. Опыт Российских промышленных компаний. М.: Исследовательско-консультационная фирма «Альт», 2002. С. 8. | в текст
29 Например, так было на заводе «Хлебный Дом»: «На “Хлебном доме” сейчас нет главного инженера, а есть директор по производству, который отвечает за то, чтобы производство работало стабильно, без перебоев. “Я считаю, что первый заместитель директора – это финансовый директор. Потом по значимости – коммерческий директор” - так определяет приоритеты в управлении “Хлебным домом” Валерий Федоренко». Там же, с. 8. | в текст
30 А. Гохштанд Результаты научно-технических инноваций в зеркале учета и статистики // Электроника: наука, технология, бизнес, №6, 2003. С. 68. | в текст
31 Росстат. Инвестиции в основной капитал составляют более 98% нефинансовых вложений, вложения в нематериальные активы (приобретение новых технологий) – 0,6%, вложения в научных исследования 0,3%. Данные за 2006 год. | в текст
32Ю. Адно Мировая металлургия на пороге нового столетия // Мировая экономика и международные отношения, №8, 2001, с. 62. | в текст
33 Там же, с. 66. | в текст
34 М. Истомина Горят мартеновские печи // Эксперт Урал, №33 (250), 2006. | в текст
35 Инвестиции и инновации в России: проблемы в начале XXI века (макроэкономические, социальные, институциональные и методологические). Сборник статей. М.: РАН. Институт экономики. Центр инвестиций и инноваций, 2001. С. 10. | в текст
36 А. Ковалева Технологические инновации и особенности оценки их экономической эффективности в вертикально интегрированных нефтяных компаниях. М., 2000. | в текст

04.09.2007 Никита Мендкович


Комментарии (30)


 
Обсудить материал можно также на нашем форуме.

Если Вы заметили ошибку, то выделите её и нажмите на Ctrl-Enter,
чтобы сообщить о ней корректору.


ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ
 
Андрей Ваганов – Нужна ли наука для популяризации науки?


 

экономика
 
Зачем украинским олигархам евроинтеграция? (Борис Такаев)
Нефтяная биржа в Иране: предвестник проблем для Нью-Йорка и Лондона? (Джон Дали)
Российская промышленность: окончательный диагноз (Иван Лещинский)
  ::Архив раздела::


 
ИЗБРАННОЕ
 
 
геополитика

С-300: судебные тяжбы, ВПК и профессиональная некомпетентность
Игорь Панкратенко

 
геополитика

«Уход с политической арены Ким Чен Ира означает не конец проблем, а их начало»
Константин Асмолов

 
политика

«В США одна из наименее демократических систем во всём западном мире»
Ральф Нейдер

 
культура

После России
Фёдор Крашенинников

 

НОВОСТИ
 
23.11.2016 Главу Счетной палаты Украины отправили под домашний арест
09.06.2015 Самара: пожарные провели показательное выступление для жителей города
12.05.2015 Жители Подмосковья смогут на сайте рассчитать сумму земельного налога
07.05.2015 В Беларуси проверят всех, кто предлагает деньги взаймы в интернете
29.04.2015 С поверхности Москвы-реки ежедневно убирают 10 тонн отходов
27.04.2015 Назарбаев возложил на рубль ответственность за колебание курса тенге
20.02.2015 Экологи обеспокоены планами строительства в Сочинском нацпарке
17.01.2015 Бойцы батальона "Айдар" носят "ролекс" и живут в элитных особняках
11.01.2015 В России поступили в продажу первые мусульманские телефоны
03.01.2015 Украина: одесситы выходят на улицу, требуя вернуть электричество в свои дома
03.01.2015 Ученые: люди игнорируют первые симптомы онкологии
03.01.2015 Победитель VIII Съезда Дедов Морозов рассказал о своей нелегкой работе
03.01.2015 Заемщикам валютной ипотеки могут помочь на законодательном уровне
26.12.2014 Дворкович: цены на гречку должны стабилизироваться после схода снега
16.12.2014 Москвичи отказываются от услуг стилистов и дорогих ресторанов
11.12.2014 IKEA открыла в Подмосковье кинозал с кроватями вместо кресел
02.12.2014 Российского бегуна дисквалифицировали за провоз препарата для повышения потенции
28.11.2014 В Киеве на фестивале уличной еды предлагали блюда с органами
26.11.2014 Санкции Запада мешают России строить в Крыму электростанции
25.11.2014 Sony Pictures отключила свои компьютерные системы после хакерских атак
Остальные новости


Как правильно организовать уборку квартиры www.chistograd34.ru.
 
ПОИСК НОВОСТЕЙ

Период    
с  
по  
В тематическом разделе
 
В заголовке
 
В тексте
 
     
   
 

 
 
     
Мнения, выраженные в публикациях на сайте zvezda.ru, принадлежат авторам публикаций и могут не совпадать с мнением редакции журнала "Полярная Звезда".
При использовании материалов сайта ссылка на сетевой журнал "Полярная Звезда" обязательна.
НАШИ ПАРТНЕРЫ