геополитика
  политика
  экономика
  военная тропа
  антропосфера
  культура
  гнозис



регистрация
форум
О проекте Архив Досье Опросы Ссылки English PDA-версия
 

Новости  RSS
Статьи  RSS
 
 
СТАТЬИ / антропосфера

Трофим Денисович как зеркало научного дилетантизма    Версия для печати

«…вы же пшеницу тут уничтожаете, …
а потом говорите о падении урожайности…»

Услышано от наёмного сельхозрабочего во время сортополки.


29 сентября 2008 года исполняется 110 лет со дня рождения Трофима Денисовича Лысенко. Понятно, что эта дата не может пройти незамеченной в широких кругах научной, да и не только научной, общественности. Слишком уж велик спрос на исторические исследования на фоне осмысления представителями бывшего советского народа, в одночасье разделённого государственными границами, новейшей истории. Слишком уж велик интерес к 30-50 годам прошлого века, в которые буквально вплавлена личность Лысенко, его научная и общественная деятельность. Слишком уж знаковой является фигура Лысенко в науке, по своему масштабу сравнимая разве что с такими знаковыми личностями как Л.П. Берия и И.В. Сталин.

Также объяснимым является появление публикаций, приуроченных к этой дате, как pro так и contra. К сожалению, появляются и публикации весьма сомнительной формы и содержания. Нет, речь не идёт о мифологии «лысенковщины». К сожалению, речь идёт о публикациях, научно-публицистических по форме, но дилетантских по сути. В качестве примера хотелось бы упомянуть статью Алексея Куприянова «Пере- и недооценивая лысенковщину: народное науковедение и история науки», опубликованную в газете «Троицкий вариант» [1].

В одной из публикаций мы уже обращали внимание на так называемый научный дилетантизм и мифотворчество данного автора, характерные к сожалению для многих оппонентов Лысенко. Печально было наблюдать, что на фоне прогрессирующего самообразования Куприянова (видимо, всё-таки оказывают влияние упоминаемые дискуссии в Интернет-форумах), дилетантизм также прогрессирует. Стоит подробнее разобрать, каким же образом переосмысливает означенный автор явление, официальной биологией называемое «лысенковщина».

О мнимых подводных камнях

Прежде всего, автор акцентирует внимание на то, что в России достаточно сложно найти серьёзные исторические работы по теме «лысенковщины». Тут сразу же нужно оговориться. Дело в том, что серьёзной научной работы по изучению научного наследия Т.Д. Лысенко и по сей день не существует. Тиражируются в основном исключительно мифы на эту тему. Из приведённых Куприяновым работ трёх авторов ни одна в полной мере не касается этого вопроса. Откровенно говоря, книгу В. Сойфера «Власть и наука» вообще нельзя назвать научной – количество, скажем так, некорректностей в ней просто зашкаливает все мыслимые и немыслимые лимиты. В этой связи данную книгу можно сравнить разве что с наукообразными «жёлтыми» изданиями, которых очень много издаётся на постсоветском пространстве. Работы же Н.Л. Кременцова и А.Б. Кожевникова действительно являются историческими, однако имеют не столько историческую, сколько социологическую и политологическую направленность. Данные авторы, кстати, не только не являются специалистами в генетике или биологии, но даже не ставили перед собой задачи анализа научного наследия Лысенко. Также спорным является принадлежность данных работ к «науковедению» (science studies в понимании Куприянова) – в этих работах совершенно другие цели и задачи, и требуют эти работы отдельного анализа, выходящего за рамки, как биологии, так и науковедения и приближающегося к истории и социологии.

Так же странным является пассаж, что недостаток таких работ вызван негласным запретом в СССР на критику Лысенко. Дело здесь не в негласном запрете, а в заказах в странах Запада на публикации подобного рода, связанные с пропагандистской кампанией против СССР. Ведь это был такой удобный повод лишний раз пнуть СССР, развенчав мнимые и реальные ошибки «красной» биологии. Понятное дело, что спрос рождает предложение, то есть достаточно высокое количество таких публикаций. И к анализу их научности также нужно подходить с этих позиций. К сожалению, антисоветские тенденции в работах подобного рода как были так остались и поныне, даже в переизданиях, что мешает объективной оценке событий, происходивших в то время. И вопрос здесь не в фактическом материале, а в конкретных изначальных априорных посылках, на основе которых делаются интерпретации имеющегося фактического материала.

Вот на этом стоит остановиться подробнее. Дело в том, что «за кадром» куприяновских рассуждений о сущности науки остались несколько важных моментов. Прежде всего, что помимо формулировки темы, цели и задач любая научная работа (как в широком, так и в узком смысле) обязательно должна базироваться на определении одного или нескольких априорных положений, условно говоря «теорем», которые данной работой будут доказываться или опровергаться. Более того, формулировка этих теорем зиждется на постулатах, сформулированных в самой научной отрасли, условно говоря «аксиомах» и «доказанных теоремах». И вот тут необходимо отметить, что в отличие от тех же аксиом планиметрии, «аксиомы» большинства наук являются аксиомами постольку, поскольку их разделяет большинство учёных, работающих в данной области. И «теоремы» считаются доказанными постольку, поскольку большинство учёных полагают данные доказательства корректными и достаточными. (Для въедливых читателей – автор знает, что такое научная парадигма). Кстати именно на нюансах формулировки, принятия или непринятия этих формулировок и доказательств базируются научные школы и направления. Попросту говоря, то, что является априорной аксиомой для генетика и не требует доказательства по определению, для мичуринского биолога – не является аксиомой, а в лучшем случае – теорема, которую ещё нужно доказать. И обратно.

То есть, сама постановка научной работы уже заранее «запрограммирована» принадлежностью к той или иной научной школе или научному большинству или меньшинству. Именно с целью выработки общего мнения по имеющимся «аксиомам» и «теоремам» и собираются научные конференции, симпозиумы, съезды и конгрессы.

Более того, сама постановка «теорем» уже заранее программирует выбор методик их доказательства из числа имеющихся. Если целью работы не является разработка новой методики. Но и в этом случае выбор методического и методологического аппарата также запрограммирован. Иными словами, если кто-либо желает писать критические статьи по селекции и семеноводству, истории или науковедению – извольте ознакомиться с «аксиомами» и «теоремами», а также методологией и методиками, принятыми в данной отрасли науки. Как общепринятыми, так и теми, которые большинство не разделяет. Иначе на вас будут смотреть в лучшем случае, как на дилетанта. И при этом чётко определите, условно говоря, по какой специальности будет публикация – иначе обвинения в дилетантизме будут от всех сторон.

Далее, публицистика от научной работы отличается, в том числе и тем, что в научной работе крайне сложно приписать кому-либо положения, которые этот имярек никогда не утверждал, либо приписать такие положения своим оппонентам, а потом их «развенчать». К сожалению, частенько в публицистике, в том числе и научной (бумага всё стерпит) такое нередко случается. Именно поэтому иные дилетанты прибегают именно к публицистической форме изложения, не рискуя писать статьи в научные издания – можно ведь и на серьёзную критику нарваться. Хотя, опять же, приходилось встречать всякое.

Также поступает и упомянутый Куприянов – просто приписывает «…большинству текстов антилысенковского, пролысенковского или «примирительного» характера…» не говоря уже об Интернет форумах ряд … «…глубоко укоренившихся ложных представлений о природе науки...» Попросту говоря научных «аксиом».

Что же это за «аксиомы» «народных науковедов» с точки зрения Куприянова.

«…Во-первых, несмотря на все усилия науковедов, наука всё еще воспринимается (в том числе научным обывателем) преимущественно как совокупность теоретических высказываний…». Понятное дело без ссылки на какого-либо «народного науковеда» – публицистика всё стерпит. При этом «за скобками» остаётся тот факт, что подавляющее большинство участников дискуссии как среди лысенковцев, так и их оппонентов имеют высшее образование (для прочих эта дискуссия вообще не интересна и неизвестна), и среди них высокий процент с научными степенями и званиями. То есть, знают, что такое наука и знакомы, в той или иной степени с науковедением. Профессионализм или дилетантизм участников дискуссии определяется только той областью науки, в которой они специализируются. Реалии современной науки таковы, что «универсалы» типа М.И. Ломоносова отошли в прошлое и в настоящий момент универсализм в науке фактически – дилетантизм «широкого профиля». Так что данная «аксиома» – не более чем фантазия самого Куприянова в стиле ветряных мельниц героя Сервантеса.

«…Во-вторых, история науки всё ещё излагается в стиле «историй про королей и героев»…» Более чем странное, если не сказать, дилетантское, утверждение. Фактически отрицающее современные базовые концепции в истории вообще и истории науки в частности. Судя по всему, у Куприянова в этом пункте неуклюже высказываются претензии к публицистам, которые излагают исторические работы в столь вольной интерпретации. Тогда возникает вопрос, о чём вообще идёт речь? Если о качестве публицистических работ – то при чём тут история науки и науковедение? Если же о качестве публицистики – то это вопрос дилетантизма самих публицистов и редакторов, которые данный дилетантизм допускают в своих изданиях. Так что такой разрыв между наукой и научной публицистикой – это вопрос профессионализма или дилетантизма самих авторов, рецензентов и работников издательств. Ни то, ни другое, ни третье никак объективно не связано с научным анализом наследия Лысенко и не является наукой вообще.

Таким образом, излагаемые в разделе «подводные камни» – являются таковыми исключительно по воле фантазии самого Куприянова, решившего таким образом обеспечить базис своей публикации.

О теории и практике

Далее в статье идёт развитие первой «аксиомы» «народных науковедов» с точки зрения Куприянова. Сначала подробно излагается, что такое научная деятельность. По сути – ничего нового или оригинального. Тривиальные положения, известные любому специалисту с высшим образованием (если он действительно учился, а не «протирал штаны» в ВУЗе). Действительно – излагаешь прописные истины и не сойдёшь за неуча. То есть по большому счету, Куприянов подтверждает вывод о надуманности этой первой «аксиомы». Однако сама формулировка «аксиомы» должна подвести читателя к тому, что работы лысенковцев не являются наукой. И иллюстрируется это нехитрыми примерами.

Так даются две иллюстрации – из книги «Агробиология» с фотографией опытов над пшеницей «Крымка» и картинка из монографии Т.Моргана, показывающая сравнение «… «цитологической» и генетической карты … хромосомы». Также в подписях к иллюстрации обосновывается нехитрый тезис о том, что работы лысенковцев не могут считаться наукой: «…Визуальное сравнение «контрольного» и «опытного» посева – традиционный способ презентации экспериментальных результатов в работах лысенковцев. Не доверяя статистике, они предпочитали наглядную демонстрацию превосходства «опытного» материала над «контрольным»…». При этом налицо явный дилетантизм автора, помноженный на некорректные приёмы.

Первое, автор «запамятовал», что «Агробиология» – является сборником (хрестоматией) наиболее важных ранее опубликованных работ Т.Д. Лысенко, фактически – дайджест, а точнее – учебник, где представлены основные теоретические концепции мичуринской биологии в виде редактированной перепечатки отдельных статей и монографий. И сравнивать её с научной монографией, по меньшей мере, некорректно. Для сравнения можно взять, например учебник по генетике С.Г. Инге-Вечтомова (один из лучших по нашему мнению) – там также наблюдается отсутствие статистики и обилие иллюстраций. Далее, автор является дилетантом в области селекции и семеноводства, поскольку практически в каждой работе, в том числе и диссертационной, по селекции растений таких фотографий более чем достаточно. И представляются эти фотографии – исключительно как иллюстрации экспериментальных работ и доказательство того, что работы действительно были, и данные получены с реальных опытов, а не «с потолка», подогнав под теорию. И уж никак для доказательства превосходства чего-либо над «контролем». Кстати, в той же «Агробиологии» не найдётся случая, когда данные иллюстрации используются как доказательства – иллюстрации опытов и не более того. Как писал классик: «Поздравляю Вас, господин Соврамши».

Далее, автор пишет: «…например, под «экспериментальные» поля отводятся лучшие участки пашни, а под «контроль» – какие придётся…». Эта цитата ярко иллюстрирует абсолютную неосведомлённость о том, каким образом отводятся и размечаются делянки под опыты и контроль. В практике селекции и семеноводства изложенное Куприяновым не может быть в принципе, каким бы ты ни был фальсификатором. И придумать или упоминать такое обвинение может только дилетант. Кстати, здесь необходимо уточнить, что сам Т.Д. Лысенко имел отличный практический опыт, поскольку работал на Белоцерковской и Гянджинской опытных станциях. А вот его оппоненты от генетики, истории и науковедения не только такого опыта не имели, но о методиках опытного дела имеют весьма смутные представления.

Далее, насчёт экспериментальной проверки работ Лысенко и его учеников – опять же, ни одной ссылки. Тут необходимо чётко сказать – никто не против критики работ Лысенко. Только, пожалуйста, анализируйте непосредственно статьи Лысенко и его учеников, работы, на которые ссылается Лысенко в своих статьях. Проведите, в конце концов, сами статистическую обработку данных, представленных в этих работах. Не нужно в данном случае использовать в качестве источника учебник-дайджест «Агробиология». И тогда делайте громкие заявления. Кстати, Лысенко именно об этом и писал – предлагал брать его данные и результаты и проверять самим. Между прочим, автор несколько раз проделал подобное и может сказать, что выводы Лысенко полностью подтвердились, однако эта тема требует отдельной, не публицистической работы.

Ну и, наконец, упоминаемые Куприяновым отдельные подтасовки со ссылкой на книгу В.Сойфера. Разберем этот момент немного подробнее [2]:

    «…Вдова Сапегина рассказывала, что последней каплей, переполнившей чашу терпения обеих сторон, стал случай, произошедший осенью то ли 1930, то ли 1931 года. Сотрудники Лысенко убрали урожай со своих делянок, поля института опустели, надо было готовить их к осенней пахоте. Неожиданно в одной из комнат, где работал Лысенко со своими учениками, появился разгневанный директор и потребовал от Лысенко немедленно пойти с ним в поле. Там еще валялись кое-где остатки соломы, ботва, делянки были не распаханы, вбитые в землю колышки с надписями вариантов опытов оставались на местах. Осматривая поля, Сапегин, оказывается, наткнулся на неожиданную и неприятную деталь: на части делянок кто-то бросил снопики необмолоченных растений. Дотошный Андрей Афанасьевич все поля тщательно осмотрел и установил истину: выяснил, что это не было делом раззявы или лентяя. Снопики валялись, не как попало. Во-первых, необмолоченный материал остался только на поле лаборатории Лысенко, а, во-вторых, «забывчивые» селекционеры осмотрительно следовали определенной системе: материал остался несобранным только на контрольных делянках. Таким нехитрым путем сотрудники Лысенко искусственно завышали результат своих опытов, «забывая» учесть весь урожай с контрольных посевов…»
Тут необходимо прояснить несколько моментов и задать несколько вопросов. Как и в большинстве случаев, автор основывается на «личном сообщении» (например, в другом случае упоминается личное сообщение В.П. Эфроимсона). Далее, имел ли опыт работы, сравнимый с опытом Лысенко А.А. Сапегин и адекватно ли он понял то, что увидел? Вполне вероятно, что имеет. Но автор много раз наблюдал схожую картину из года в год, и при этом без всякого Лысенко. Речь о том, что в аспирантских опытах часто высевается очень много стандартов – не для учёта урожайности, а для того чтобы у неопытного аспиранта перед глазами был постоянно образец для сравнения и корректного описания. Из года в год требуют все стандарты убрать. Вы уверенны, что убирают? И что аспирантам просто было лень заниматься, по сути, никому не нужной работой. С другой стороны, а насколько корректно и правильно ситуацию передала вдова Сапегина – насколько она была специалистом в этом вопросе? Более того, насколько корректно понял вдову сам Сойфер – ведь он специалист в молекулярной биологии и неизвестно, знает ли вообще методики, применяемые в полевых опытах при селекционных исследованиях, особенно методики того времени? Судя по всему, Сойфер является дилетантом в этом вопросе, поскольку не представляет, что такое уборка опытов, каким образом отбирают образцы с делянок и как ведётся учёт урожая (для этого не обязательно убирать все снопы). Точно такой же вопрос можно задать по поводу личного сообщения Эфроимсона, который тоже не был специалистом в области селекции и семеноводства.

Кстати, если это опыты аспирантов то, скорее всего это были 2 – 6 рядковые делянки ручного посева, на которых учёт урожайности по обмолоту проводить не корректно. И кто утверждал, что эти снопы были с контроля – может их разбирали на контрольной делянке? Ну и, ясное дело, что возмущение Лысенко, которого «подставили» аспиранты, представлено Сойфером как актёрская игра. Хотя доводилось наблюдать такую «актёрскую игру» в исполнении селекционера. Из аспирантуры, а то и института вылетаешь, как говорится «со свистом», что и ахнуть не успеешь. Вот интересно, а как сам Сойфер себя поведёт, если независимый проверяющий обнаружит, что его подчинённые напортачили в эксперименте – будет гладить их по головке?

Вот таким образом дилетант ссылается на дилетанта, который ссылается на «личные источники» других дилетантов. И при чём тут Лысенко и его ученики?

Здесь опять нужно пояснить, что автор ничего не имеет против личных свидетельств. Вот только в этом случае нужно ещё уметь правильно и корректно формулировать вопросы и понимать ответы на эти вопросы. Фактически, для примера можно взять работу следователя, которого обучают методике ведения допроса, а потом этот следователь ещё и получает практический опыт работы. И только после этого его можно считать специалистом. Тоже самое касается всевозможных опросов общественного мнения и социологических опросов вообще, этнографических исследований и т.д. Иначе вам респондент такое расскажет, а потом это так интерпретируют – с реальностью ничего общего иметь не будет. Понятное дело, что и Сойфер, и прочие критики, ссылающиеся на «личные сообщения», в этом вопросе являются дилетантами, если не сказать фальсификаторами.

Далее, также здесь нужно подробно разобрать «острокритическую» статью П.Н. Константинова, П.И. Лисицына и Дончо Костова «Несколько слов о работах Одесского Института селекции и генетики» (Яровизация. 1936, №5 (8), с. 15-29), на которую ссылается Куприянов. Судя по всему, данный журнал Куприянов в руках не держал, и ссылку «передрал» у кого-то. Потому что, в этом же номере следующая статья – ответ самого Лысенко на эту критику [3]. Но вернемся к критике. Во-первых, авторы статьи перечисляют, как достижение самого Лысенко, так и достижения института им руководимого. И с этим Куприянову желательно ознакомиться – что же думали оппоненты, современники Лысенко, о позитивных сторонах его работы в то время. Во-вторых, среди замечаний данных авторами нет ни одного в плане несоблюдения методик опытного дела. По поводу прочих замечаний – рекомендуем прочесть как саму статью, так и ответ Лысенко.

Далее идёт потрясающее описание, совсем в духе некоторых современных криптологических исследований а-ля Фоменко, как Лысенко создал чуть ли не масонскую ложу из своих сторонников, подмявших под себя научно-исследовательские институты, «…мощную сеть производства «научных» текстов …». Остается только изумиться – куда же глядели органы госбезопасности, этот «вездесущий монстр» НКВД – НКГБ – МВД – МГБ, который проморгал такой заговор и такое заманчивое дело, совсем в духе «дела Н.И. Вавилова», если не серьёзнее. И такие вот писания выдаются за историю. Опять же – бумага всё стерпит. И в сноске автор пускается в дилетантские рассуждения по поводу хат-лабораторий: что они должны были заменить экспериментальные (!) станции и стать источником «фальсифицированных» данных для Лысенко.

Во-первых, что это такое за «экспериментальные» станции? Абсолютно непонятно, какие именно «станции» Куприянов имеет в виду. Далее, ну не понимает Куприянов сущности работы селекционных станций, методики полевых опытов и сортоиспытания, не знает, что такое производственные посевы и районирование. Но можно хотя бы ведь было взять и прочесть соответствующую статью Лысенко [4].

Между тем нужно помнить, что на то время (1937 год), например, на Украине было всего 8 селекционных станций, которые не справлялись с поставленными задачами по выведению и районированию новых сортов и гибридов сельскохозяйственных растений. Именно поэтому Лысенко поставил задачу подготовки селекционных кадров на местах. Перенос селекционных работ, а также работ по экспериментальному исследованию новых и уже имеющихся сортов и гибридов непосредственно в хозяйства. При этом и селекция и производственные посевы, и сортоиспытание, и районирование выполнялось исходя из конкретных нужд хозяйства, а не абстрактных научных планов и госзаказа, который в принципе не мог учесть всех требований на местах. В разы ускорялся не только селекционный процесс, но и непосредственное внедрение перспективных образцов. Более того, руководство хозяйств, кровно заинтересованное в реальной работе, а не в нагромождении бесплодных научных отчетов, само бы решало, что им нужно, а что бесполезно – ну не будешь же самому себе врать. И не будешь держать у себя растяпу или фальсификатора. И руководители хозяйств это оценили. Мы уж не будем упоминать о таких мелочах как реорганизация первичного и элитного семеноводства. Между прочим, уже в наше время на фоне развала и недобросовестности системы государственных сортоиспытаний многие хозяйства так и делают – занимаются самостоятельным испытанием и внедрением новых сотов, фактически возродив таким образом «хаты-лаборатории» и все предложения Лысенко по этому поводу. Но, университетским генетикам и «историкам» науки это не интересно – подумаешь, практика какая-то, лучше уж фундаментальная «чистая» наука.

Далее Куприянов совершенно справедливо пишет: «…Хорошим лекарством от этого будет чтение работ в оригинале, где все высказывания находятся в обширном аутентичном контексте…». Снова «за кадром» Куприяновских морализаций и призывов остаётся то, что, кроме того, что работы нужно читать, нужно еще понимать прочитанное. То есть опять возвращаемся к тому, что нужно иметь специальные знания, не говоря уж о практическом опыте в той отрасли, где ведётся дискуссия. Иначе – справедливые упрёки в дилетантизме.

Кроме того, Куприянов забывает известный принцип «исцели себя сам», поскольку, видимо, призыв чтения работ в оригинале к нему лично не относится. Что он тут же и показал дилетантскими рассуждениями о посадках картофеля верхушками клубней, указывая на то, что Лысенко «…популяризировал способ посадки картофеля, описанный ещё в дореволюционных учебниках по земледелию …». Давайте вдумчиво разберёмся с этим тезисом.

Действительно, способ посадки картофеля верхушками клубней был известен ещё до 1917 года. И совершенно прав Куприянов, ссылаясь на учебник Д.Н. Прянишникова. Но сам он, по-видимому, учебник этот не читал и «поёт» с чужих слов, а если и прочёл, то, будучи дилетантом, не понял прочитанного. Поясним, в учебнике Прянишникова [5] действительно описывается то, что картофель можно сажать частями клубней. И приводятся доказательства (опыты по Волыни) того, что лучше для этого использовать верхушки клубней. Также приводятся выгоды такого способа посадки. И всё. Между тем сам Лысенко сразу же предлагал посадку производить верхушками клубней – то есть, действительно опирался на опыт предшественников. Но, в отличие от предшественников, Лысенко и его сотрудники разработали способы заготовки, хранения, предпосадочной подготовки верхушек клубней и полностью всю агротехнику возделывания картофеля при таком способе посадки, начиная от подготовки почвы, самой посадки, внесения удобрений и т.д. То есть то, чего не было ни у Прянишникова (он даёт это же, но для клубней), ни у предшественников Лысенко. В этом легко убедится, если просмотреть подшивку журнала «Доклады ВАСХНИЛ» за 1942 и 1943 года, где почти в каждом выпуске есть статьи Лысенко и его сотрудников, посвящённые этому вопросу. Как говорится – почувствуйте разницу. Между прочим, это касается многих открытий. Предложить и написать можно, провести какой-то ограниченный опыт – тоже достаточно несложно, при наличии знаний и навыков. А вот попробуйте досконально разработать методику, подходящую для практики и внедрить её в производство. Очень много новаций погубил именно этот этап.

Наконец, следует отметить ещё такую фразу: «…противостояние между добросовестной научной работой и халтурой никакими новыми открытиями и концептуальными сдвигами «разрешено» быть не может, и я с интересом выслушал бы разумные аргументы против этого тезиса…». То есть, Куприянов в курсе, что современные работы в той или иной степени подтверждают правильность некоторых выводов и воззрений Лысенко. Однако упорно, если не сказать твердолобо, продолжает твердить, что это не аргумент, поскольку работы Лысенко и его сторонников «всё равно ненаучная халтура». Опять вернёмся к началу нашей статьи. Разумными доводами, так ожидаемыми (если это не позёрство) Куприяновым, будут такие. Сначала убедительно и аргументировано докажите, что работа Лысенко и его сторонников не является научной работой, что это халтурная работа, что они фальсифицировали свои данные. Ещё раз повторим – докажите, а не занимайтесь околонаучным словоблудием или подменой селекционно-генетических работ историко-социологическими изысканиями. Пока этого нет. Далее, докажите, что критика Лысенко и его сторонников являлась и является научно корректной и аргументированной, а не дилетантскими рассуждениями неспециалистов. Пока этого тоже нет. Далее, докажите, что работы оппонентов Лысенко были сопоставимы по научному и народнохозяйственному значению с работами самого Лысенко и его учеников. Пока этого нет. И только после этого можно будет вернуться к нормальной научной дискуссии. Стоит заметить, что в данной ситуации как раз именно такая статья и является халтурой.

О «масонских ложах» и «незримых армиях»

Постулируя своё нежелание скатываться к «теории заговора» Куприянов фактически продолжает эту милую традицию в очередном разделе своей публикации. Он пытается «осмыслить» масштабы «лысенковщины». В данном случае слово «осмыслить» не случайно взято в кавычки, ибо то, что пишет Куприянов ну ни как нельзя назвать научным мышлением. Первое впечатление, после прочтения соответствующего раздела Куприяновской публикации возникает мысль – что это было? И искренняя надежда, что это не возвращение в 1937-38 года. Ведь больно уж напоминают Куприяновские подсчёты один печально известный оперативный приказ № 00447 от 30.07.1937 г. [6], подписанный «железным» наркомом товарищем Н.И. Ежовым. Там ведь тоже указываются «контингенты» и приводятся «количественные оценки» «врагов народа».

Думаете, что автор сгущает краски – ничуть. Ведь то, что изображено в этом разделе Куприяновым и близко не напоминает ни науку, ни вменяемую публицистику. Ни наукометрический анализ публикаций в журнале «Яровизация» («Агробиология»), ни количественные социологические исследования. Особенно громкий хохот вызывают рассуждения о списке авторов статей, публикуемых в этом журнале. А как же быть тогда с Константиновым, Лисицыным и Костовым? Это тоже враг…, прошу прощения, «лысенкоисты», как и, например, Б.М. Завадовский? Ведь они публиковались в этом журнале. Как быть с другими публикациями, о которых упоминает Куприянов (понятное дело, в «качестве курьеза», ведь это так не соответствует высосанным из пальца «аксиомам») – в области молекулярной биологии. Что интересно, автор прогрессирует – ранее утверждал, что серьёзных статей нет вообще, когда же ему указали, например, на рецензию Шарлотты Ауэрбах на монографию Дубинина – она тут же стала курьёзом. Видимо после этого автор всё же взял на себя труд пролистать отдельные работы. Надеемся, что в следующий раз они будут не только пролистаны, но и прочитаны. О том, что что-то из прочитанного будет понято, да ещё и правильно, к сожалению надежды мало.

Каким образом можно оценить количественный состав «масонского ордена лысенкоистов» по тиражу журнала!? Или записать во «враги народа» любого, кто на этот журнал подписывался, кому он рассылался? Начнём считать, как предлагает Куприянов тайным врагом науки всех, кто читал или читает этот журнал, всех тех, кто слушал курс «Агробиология» или вообще учился в сельхозвузах в 40-е–50-е годы прошлого века. Давайте тогда вспомним «Тысячелетний Рейх» образца 30-х годов – и на костёр творения проклятых еретиков-лысенковцев. Вы думаете, что автор издевается? Ничуть – прочитайте соответствующий раздел статьи Куприянова, где он абсолютно серьёзно вкладывает эти мысли в голову читателям. И прецеденты есть – в современной Украине уже предлагают изъять из библиотек книги, «пропагандирующие коммунистический режим».

И опять идут дилетантские, рассуждения о методике и техники кастрации при селекции сельхозкультур. Откровенно говоря, эти высказывания Куприянова были процитированы. Сначала среди студентов, специализирующихся на селекции и семеноводстве. Ответом было недоумённое молчание и осторожные попытки выяснить, может это так пошутили и проверяют их знания. Далее – среди специалистов-селекционеров и в ответ был услышан громкий хохот, высказывания, самым мягким из которых было «дилетант», и пожелания Куприянову выбраться из тёплой лаборатории социологии образования и науки и поработать на опытных селекционных делянках, в том числе пинцетом и ножницами при кастрации.

Повторяются дилетантские рассуждения о «значительных дополнительных затратах ручного труда» при внедрении нововведений Лысенко. При этом дилетант Куприянов не в курсе, что и сегодня большая часть операций при селекционных исследованиях (в том числе и столь понравившаяся ему кастрация) и выполняется вручную. Далее, напрочь «забывается» то, что все предложения Лысенко (о чём, кстати, свидетельствует большинство его государственных наград [7]) – выполнение важнейших задач правительства в периоды острых кризисов и необходимости интенсификации производства сельскохозяйственной продукции (кстати, одной из единственно значимых статей экспорта СССР в то время. Причём кризисов при экстремальной нехватке ресурсов, например, практически полного отсутствия соответствующих сортов и гибридов сельскохозяйственных культур (их ещё предстояло получить); отсутствии качественного посевного материала при блокаде его импорта, отсутствии нормальных возможностей и технологий хранения посевного материала (может быть одна из ведущих объективных причин появления методики их предпосевной подготовки в связи с яровизацией); отсутствии сельскохозяйственной техники либо её острой нехватки, в том числе и специальной (например, хлопкоуборочной либо лесопосадочной); острой нехватки горюче-смазочных материалов и квалифицированных кадров. И все это при практически хроническом «финансовом голоде» – деньги были необходимы в первую очередь другим отраслям – развивающейся промышленности в 30-е, либо на её восстановление в послевоенные 40-е, а сельское хозяйство, в свою очередь, и было основным источником этих денег. Именно здесь кроются все особенности предложений Лысенко и его учеников – прежде всего, простота, доступность, дешевизна, возможность получения максимальной выгоды при минимизации большинства затрат и наличии имеющихся ресурсов без привлечения новых. Понятное дело, что с разрешением кризисов некоторые предложения теряли свою актуальность и уже служили мишенью для критики (что и наблюдалось) – но на момент их принятия и реализации они были жизненно необходимы. Никто не предлагал лучше, да и вообще никто толком ничего не предлагал – «научная общественность» в большинстве случаев ограничивалась заявлениями о «более глубоких фундаментальных исследованиях». А проблемы нужно было решать именно на момент их возникновения и оперативно.

И, наконец, узнав о чуть ли не единственном документе – письмо И.И.Презента на имя В.М. Молотова с оценкой деятельности Н.И. Вавилова, на котором есть виза Лысенко, что он с вышеизложенным согласен (кстати, в полном объёме, со ссылкой на архивный источник в открытых публикациях так это письмо найти и не удалось) начинаются «сплетни в виде версий», что именно это и привело к окончательному решению об аресте Вавилова.

И заканчивается всё это сетованием, что после окончательной дискредитации Лысенко, все эти люди продолжали работать в научных учреждениях – вот она, пятая колонна, не дающая развиваться российской науке.

О сессии бедной замолвите слово

Наконец, начинается повествование о знаменитой сессии ВАСХНИЛ августа 1948 года. Честно говоря, продолжается всё тоже суесловие.

В данной связи очень хочется отметить несколько моментов, о которых постоянно «забывают» антилысенкоисты. Прежде всего, то, что пока ещё ни один историк от науки не учёл один очень важный момент – Лысенко не был членом компартии. А вот практически все его оппоненты, впрочем, как и многие сторонники – были. Этот момент напрочь выпадает из всех работ, что вызывает сомнения в адекватности тех интерпретаций исторических событий, которые означенные историки предлагают. Уж не будем говорить об «аксиомах» по поводу «сталинского тоталитаризма», которые постулируют эти историки. Ведь мало-мальски грамотный специалист прекрасно знает, что можно построить логически непротиворечивую концепцию, исходя из ложных или сомнительных, или до конца не доказанных посылок.

Далее, и Куприянов и многие другие критики Лысенко также «забывают», что упоминаемая сессия была спровоцирована именно оппонентами Лысенко. И именно оппоненты Лысенко, будучи членами компартии, постарались сделать так, чтобы процесс вышел за рамки научной дискуссии и перешёл в идеологическую плоскость. Кстати, это чётко видно при прочтении работ упоминаемых Куприяновым Кременцова и Кожевникова. Более того, открытием «второго фронта» (в терминологии Кременцова), а проще говоря, привлечением иностранных ученых, оппоненты Лысенко напрямую спровоцировали партийные и правительственные органы поднять вопрос о государственной безопасности СССР в плане научного и экономического шпионажа. Автор не шутит, ибо именно в таком научном общении, в таких дискуссиях выбалтываются очень интересные подробности, которыми интересуется любая спецслужба.

Более того, именно деятельность оппонентов Лысенко поставила вопрос о внутрипартийных взаимоотношениях во всей своей красе. Одно дело, когда апеллируют к партийным или правительственным органам, а другое – к конкретным лицам, занимающим должность в партийной иерархии. Это уже называется политическая коррупция.

То есть – сессия ВАСХНИЛ была научной дискуссией только с одной, судя по всему – наименее значительной стороны и, скорее всего, имела научное значение только для Лысенко, да и то вначале. А, по большому счёту, как это видно из упоминаемых Куприяновым работ и близко не соответствовала научной дискуссии.

В этой связи, жалкая попытка Куприянова показать, чего добивались партийные органы и Сталин лично, может вызвать только улыбку сострадания. Более того, откуда Куприянов взял, какие вопросы хотел решить Сталин – видимо у него есть машина времени или спиритическая связь с духом Иосифа Виссарионовича, если он так безапелляционно постулирует свои дилетантские четыре пункта? А если, что наиболее вероятно, Куприянов «поёт» с чужого голоса, то где ссылки, поскольку из приводимых им работ Кременцова и Кожевникова при внимательном их прочтении эти выводы однозначно отнюдь не следуют?

Да и в ходе дискуссии оппоненты Лысенко постоянно провоцировали его на выход за рамки научной дискуссии. Что для Куприянова, конечно, неочевидно. Хотя он сам же и описал соответствующее поведение Б.М. Завадовского. Но ведь это так не укладывается в лично высосанные из пальца куприяновские «аксиомы».

Более того, мы даже не будем разбирать извечный конёк тогдашних генетиков – евгенику, что однозначно делало их ближайшими сторонниками «святого дела» национал-социализма.

Отметим ещё, что оппонент Лысенко Дубинин ставил в заслугу лысенковцам привлечение внимания к некоторому разрыву между генетикой и селекцией, что в переводе с академического означает – генетики ничего не понимают в селекции. И это чётко видно в публикациях с участием Дубинина – будучи гораздо умнее многих своих коллег он писал лишь теоретическое обоснование в совместных статьях и оставался почётным редактором.
И, конечно, как же не упомянуть «…изъятия из библиотек – учебников по самым разным биологическим дисциплинам…». Ну не читает Куприянов даже приводимые им работы. Цитируем работу А.Б. Кожевникова [8]: «…Десяток руководителей ВУЗов и факультетов были освобождены от занимаемых постов решением секретариата ЦК, и более сотни профессоров уволены приказом министра высшего образования С.В. Кафтанова … Предложение Кафтанова изъять из публичных библиотек ряд учебников по биологии было поддержано Агитпропом, но отвергнуто секретариатом ЦК (выделено автором, также здесь Кожевниковым приводится ссылка на документ: РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 132. Д. 66. Л. 7 – 21) … В большинстве биологических институтов антимичуринцы должны были публично «разоружиться» посредством самокритики (выделено Кожевниковым); учебные и исследовательские планы были пересмотрены в соответствие с результатами дискуссии...». Так что, если в каком-то ВУЗе или институте что-то изъяли из библиотеки – это было инициативой местных товарищей, желающих быть «святее Папы Римского».

Вот так и тиражируются сказки о несуществующей «охоте на ведьм». Можно понять желание поставить знак равенства между ВКП(б) и NSDAP, Сталиным и Гитлером, СССР и нацистской Германией, тем более, что это же соответствует «текущему моменту». Но не так же дилетантски, учитесь у псевдоисторика Виктора Суворова хотя бы, тем более что документы ну никак это равенство не подтверждают.

Вместо эпилога

«Современные апологеты Лысенко» (в терминологии Куприянова) никоим образом не собираются оправдывать Трофима Денисовича. «Современные апологеты» просто устали от тех режущих глаз фальсификаций, некорректных работ и доказательств, строящихся на ложных или недоказанных утверждениях и постулатах. «Современные апологеты» желали бы видеть научные работы и качественную научную публицистику с непредвзятыми оценками, как самого Лысенко, так и всего советского периода нашей с вами истории. Не страшилки о «тоталитарном режиме», не ревизионистский бред, в просторечии именуемый «резунизмом» (по настоящей фамилии фальсификатора и псевдоисследователя Виктора Суворова), не дилетантские публикации, а объективные научные исследования.

И не стоить говорить о всеобщей ответственности за несуществующие преступления, не стоит людей, в том числе и учёных, считать «покорными подданными» и пытаться привить им комплекс вины. Непорядочно и напрасно.

Намного более сможет сделать учёный, чьим девизом станет известное высказывание Э. Резерфорда – если учёный не может объяснить уборщице, чем он занимается в своей лаборатории, то он и сам этого не понимает – вместо постулирования закрытого общества избранных «дилетантов».

В конце хотелось бы пожелать Алексею Куприянову дальнейших творческих успехов в его нелёгком публицистическом труде. Ведь имея таких оппонентов – «лысенкоистам» не нужны никакие адвокаты.



1 Троицкий вариант. Вып. № 10 N (830) от 19 августа 2008 г. | в текст
2 Сойфер. Власть и наука. Вашингтон, 2001. Глава IV, раздел «Лысенко начинает борьбу с генетикой» | в текст
3 Лысенко Т.Д. Запутались или путают? // Яровизация. – 1936 - №5 (8). – С. 30 – 44 | в текст
4 Лысенко Т.Д. Колхозные хаты-лаборатории и агронаука // // Агробиология. Работы по вопросам генетики, селекции и семеноводства. Изд. 6-е. М.: Сельхозгиз, 1952. - с. 201-219. | в текст
5 Прянишниковъ Д.Н. Частное земледъліе (Растенія полевой культуры). М.: Типо-литографія В.Рихтеръ, 1910. – с. 131 – 133. | в текст
6 http://www.memo.ru/history/document/0447.htm#_VPID_9 | в текст
7 М.С. Воинов. Академик Т.Д. Лысенко (памятка читателю) / Научная редакция Н.И. Фейгинсона. – М.: Типография Библиотеки имени В. И. Ленина, 1950. – 37 с. | в текст
8 Кожевников А.Б. Игры сталинской демократии и идеологические дискуссии в советской науке:1947 – 1952 гг. // Вопросы истории естествознания и техники (ВИЕТ) – 1997. - № 4. – с. 47. | в текст

15.09.2008 Святослав Руссиянов


Комментарии (1)


 
Обсудить материал можно также на нашем форуме.

Если Вы заметили ошибку, то выделите её и нажмите на Ctrl-Enter,
чтобы сообщить о ней корректору.



антропосфера
 
Дэн Сяопин: игла, укрытая в вате (Александр Черницкий)
Анатолий Александров: ядерный вождь (Александр Черницкий)
Евгений Расщепов: маленький великан (Александр Черницкий)
  ::Архив раздела::


 
ИЗБРАННОЕ
 
 
геополитика

С-300: судебные тяжбы, ВПК и профессиональная некомпетентность
Игорь Панкратенко

 
геополитика

«Уход с политической арены Ким Чен Ира означает не конец проблем, а их начало»
Константин Асмолов

 
политика

«В США одна из наименее демократических систем во всём западном мире»
Ральф Нейдер

 
культура

После России
Фёдор Крашенинников

 

НОВОСТИ
 
29.01.2017 В России предложили новый способ перевозки грузов
23.11.2016 Главу Счетной палаты Украины отправили под домашний арест
09.06.2015 Самара: пожарные провели показательное выступление для жителей города
12.05.2015 Жители Подмосковья смогут на сайте рассчитать сумму земельного налога
07.05.2015 В Беларуси проверят всех, кто предлагает деньги взаймы в интернете
29.04.2015 С поверхности Москвы-реки ежедневно убирают 10 тонн отходов
27.04.2015 Назарбаев возложил на рубль ответственность за колебание курса тенге
20.02.2015 Экологи обеспокоены планами строительства в Сочинском нацпарке
17.01.2015 Бойцы батальона "Айдар" носят "ролекс" и живут в элитных особняках
11.01.2015 В России поступили в продажу первые мусульманские телефоны
03.01.2015 Украина: одесситы выходят на улицу, требуя вернуть электричество в свои дома
03.01.2015 Ученые: люди игнорируют первые симптомы онкологии
03.01.2015 Победитель VIII Съезда Дедов Морозов рассказал о своей нелегкой работе
03.01.2015 Заемщикам валютной ипотеки могут помочь на законодательном уровне
26.12.2014 Дворкович: цены на гречку должны стабилизироваться после схода снега
16.12.2014 Москвичи отказываются от услуг стилистов и дорогих ресторанов
11.12.2014 IKEA открыла в Подмосковье кинозал с кроватями вместо кресел
02.12.2014 Российского бегуна дисквалифицировали за провоз препарата для повышения потенции
28.11.2014 В Киеве на фестивале уличной еды предлагали блюда с органами
26.11.2014 Санкции Запада мешают России строить в Крыму электростанции
Остальные новости


 
ПОИСК НОВОСТЕЙ

Период    
с  
по  
В тематическом разделе
 
В заголовке
 
В тексте
 
     
   
 

 
 
     
Мнения, выраженные в публикациях на сайте zvezda.ru, принадлежат авторам публикаций и могут не совпадать с мнением редакции журнала "Полярная Звезда".
При использовании материалов сайта ссылка на сетевой журнал "Полярная Звезда" обязательна.
НАШИ ПАРТНЕРЫ